Удаление из интернета независимых новостей, свидетельств очевидцев и исторических архивов облегчает переосмысление прошлого в России. Исследователи называют этот процесс «цифровым забвением» и отмечают, что он может укреплять исторические нарративы авторитарных режимов.
Цифровое забвение возникает не только тогда, когда правительства или компании удаляют сайты и архивы, но и в результате блокировки фотографий, блогов и другого онлайн-контента. Битые ссылки и устаревшие медиаформаты также могут сделать записи о прошлом недоступными.
В России удаляют независимые записи
Исследователь Фонда Карнеги за международный мир Стивен Фельдстайн заявил на панели, организованной в Институте журналистики имени Крейга Ньюмарка при Городском университете Нью-Йорка, что цифровые инструменты могут укреплять нарратив власти и ускорять процесс, который в прошлом продолжался бы дольше.
М. Гессен, один из соучредителей инициативы «Кроника», также заявил, что современная авторитарная политика основана на идее «славного прошлого», а для формирования этого нарратива прошлое пытаются очистить.
По словам Гессена, становится труднее получить доступ к документам о крупных антиправительственных протестах, прошедших в Москве в 2015 году, а также к материалам, отражающим развитие ЛГБТК+-движения в России. В некоторых случаях новостные тексты не удаляют из интернета, но из них исключают фрагменты, противоречащие официальному нарративу.
Из статьи о Беслане удалили фрагменты
Проведённое Mediazona в 2025 году исследование с использованием Wayback Machine показало, что в русскоязычном переводе статьи журналиста К. Дж. Чиверса «The School» о захвате заложников в Беслане в 2004 году были внесены масштабные изменения примерно к 20-й годовщине событий.
В тексте, сохранённом на сайте журнала Pravila Zhizni, был изменён фрагмент, в котором говорилось, что большинство погибших умерли после штурма школы российскими подразделениями. Из текста также убрали заключительную часть, где отмечалось, что осада подорвала доверие к российскому правительству и его способности защищать население.
Другое исследование, проведённое базирующейся в Канаде Citizen Lab, задокументировало блокировку во «ВКонтакте» материалов, связанных с Украиной, Беларусью и ЛГБТК+-тематикой. В том же исследовании зафиксирована блокировка независимых СМИ, а также аккаунтов пользователей, выступавших против президента России Владимира Путина или поддерживавших Украину.
Удаление распространяется и на частных лиц
На панели также отмечалось, что цифровое забвение возникает не только в результате прямого вмешательства государства. Гессен рассказал, что в Беларуси одна женщина удалила фотографии с антиправительственных протестов, в которых участвовала после спорного переизбрания президента Александра Лукашенко в 2020 году, чтобы защитить себя.
Ограничения доступа к информации о событиях на площади Тяньаньмэнь 4 июня 1989 года в Китае были названы одним из ранних примеров цифрового забвения. Онлайн-цензура затруднила появление в китайском интернете рассказов о военном вмешательстве против протестов под руководством студентов. Документы о последующих протестах в Гонконге также подверглись серьёзным ограничениям.

По словам участников панели, аналогичное давление наблюдается и в демократических странах. Гессен заявил, что американский учёный, стремясь сохранить финансирование исследований, удалил упоминания об изменении климата из своих текущих работ и заменил их формулировками, которые могла бы принять администрация Трампа.
На панели также утверждалось, что администрация Трампа удалила часть информации с правительственных сайтов и внесла изменения, затрудняющие поиск исследований и докладов в интернете.
Неполные записи влияют на искусственный интеллект
Исследователи предупреждают, что влияние цифровых потерь может ещё больше усилиться из-за систем искусственного интеллекта. Неполные, ошибочные или подвергшиеся цензуре исторические записи способны влиять на ответы больших языковых моделей об исторических событиях.
То, какие материалы используют компании, занимающиеся искусственным интеллектом, и как они представляют эту информацию, может определять то, как люди узнают об исторических событиях и интерпретируют их. Содиректор Института AI Now Сара Майерс Уэст заявила, что компании становятся всё менее прозрачными в вопросах данных, на которых они обучают свои модели.
Низкокачественный контент, создаваемый искусственным интеллектом в больших объёмах, также затрудняет поиск надёжных записей. Согласно докладу NewsGuard за март 2025 года, пророссийская дезинформационная сеть Pravda заполняет результаты поиска и материалы, к которым получают доступ чат-боты с искусственным интеллектом, ложными утверждениями и пропагандистским контентом.
В другом исследовании NewsGuard говорилось, что видео, подготовленное связанной с Россией операцией влияния Storm-1516, было представлено чат-ботом с искусственным интеллектом как доказательство утверждения о том, что украинские военнослужащие сожгли чучело президента США Дональда Трампа. В том же материале также поддерживались ложные утверждения о президенте Украины Владимире Зеленском.
В анализе Института стратегического диалога за ноябрь 2025 года сообщалось, что около 900 политических сайтов ссылались на публикации сети Pravda. Институт заявил, что с момента создания сети в 2014 году она опубликовала более 6 миллионов статей и выпускает новый контент каждые несколько секунд.
Продолжаются инициативы по сохранению архивов
Библиотекари работают над сохранением данных и архивов, проводятся гражданские протесты против строительства центров обработки данных, а также появляются сообщества, выступающие против камер Flock.
Активисты в России пытаются сохранить историю ЛГБТК+-движения, участникам и архивам которого угрожают государственные ограничения. Участники панели рекомендовали читателям не ограничиваться картиной, которую предлагают только платформы искусственного интеллекта, обращаться к оригинальным новостным материалам и проверять информацию по нескольким надёжным источникам.
Эксперты считают, что правительства также должны принять меры для защиты доступа к достоверной информации по мере того, как инфраструктура искусственного интеллекта всё глубже внедряется в учреждения, школы и государственные системы. Гессен заявил, что необходимы конкретные стимулы, которые обеспечат обучение моделей искусственного интеллекта на основанных на фактах данных.