Международный экономический форум в Санкт-Петербурге в этом году стал площадкой, на которой одновременно проявились острые противоречия в экономической ситуации России. Форум начался с атаки украинского дрона на нефтяной терминал и другие инфраструктурные объекты — этот инцидент стал символом напряжённости военной экономики, которая определила ход всего мероприятия.
На встречах сосуществовали четыре разные экономические реальности. Заявления с кремлёвской стороны подчёркивали рост под контролем государства; финансовое управление акцентировало внимание на бюджетной дисциплине, а частный сектор говорил о финансовом давлении, затрудняющем инвестиции. В итоге сложилась картина, состоящая из четырёх несовпадающих взглядов на одну и ту же экономику.
Путин подчеркнул рост и стабильность
Владимир Путин в интервью журналистам заявил, что ведётся борьба за здоровье российской экономики. По его словам, стране удаётся избежать высокого уровня инфляции, который, как утверждается, наблюдается в некоторых не названных странах. Путин также отметил, что Россия выросла на 10% за последние годы, тогда как Европа — на 3%.
Однако эта картина не выглядела убедительной на фоне реальных экономических трудностей. Несмотря на оптимистичные заявления высших эшелонов власти, некоторые показатели указывают на рост напряжённости на рынке труда и в государственном бюджете. Официальная позиция сводится к тому, что текущие трудности — это плата, которую необходимо принять, чтобы избежать более серьёзного кризиса.
Силуанов призвал к ужесточению бюджета
Министр финансов Антон Силуанов заявил, что бюджетное правило должно быть приведено в соответствие с более предсказуемой политикой рубля. Он подчеркнул, что курс валюты станет более прогнозируемым, и поэтому бюджет становится ключевым элементом.
Этот подход подразумевает корректировку бюджетных расходов. Несмотря на рост цен после февраля, доходы от нефти и газа примерно на 30% ниже по сравнению с тем же периодом прошлого года, что составляет около 3 триллионов рублей. Силуанов отметил, что дефицит бюджета превысит ранее установленную цель в 1,6% ВВП.
Однако по мере приближения к последнему кварталу года возникает вопрос, насколько эти цели реалистичны. Значительная часть роста доходов связана с увеличением НДС из-за высокой инфляции. Это усиливает сомнения, является ли рост устойчивым и широкомасштабным или же временным финансовым облегчением, вызванным ценовым давлением.
Увеличились предупреждения о военных расходах
В закрытых обсуждениях чиновники предупреждали, что военные расходы не являются устойчивыми. Тем не менее, на политическом уровне приоритетом остаётся поддержание текущего денежного потока для режима.
Если расходы продолжат перераспределяться в пользу отраслей и групп, связанных с военной промышленностью и конфликтом, конкуренция за государственные ресурсы усилится. Если финансовое управление действительно намерено сбалансировать бюджет в течение трёх лет, расходы придётся сокращать. При этом повышение налогов может усилить инфляцию, ограничить инвестиции или снизить доходы домохозяйств.
Правительственная «виртуальная экономика» подверглась критике
В правительстве существует мнение, что рост можно обеспечить за счёт повышения производительности труда, технологической трансформации, улучшения делового климата и перераспределения рабочей силы. Однако на форуме эта идея была воспринята как «пустое обещание». Узкий рынок труда вынуждает некоторые компании инвестировать в технологии, но в целом рост производительности достигается за счёт увеличения рабочего времени и давления на сотрудников.
Также подверглась сомнению роль технологической трансформации как реального драйвера. Отмечается, что инвестиции России в НИОКР остаются незначительными, а конкуренция с китайскими производителями ограничивается лишь жёсткой протекционистской политикой. Считается, что улучшение делового климата в нынешнем политическом режиме маловероятно.
Греф призвал к смене политического курса для инвестиций
Герман Греф, глава Сбербанка, на этой неделе заявил, что уровень процентных ставок в диапазоне 10–12% стал психологическим барьером для бизнеса. По его мнению, по мере снижения инфляции реальная нагрузка от этих ставок только растёт, и без изменения политического курса инвестиционная активность не восстанавливается.
Греф также отметил, что при сохранении темпов ценового давления в 2023 и 2024 годах такие ставки могут быть менее проблемными, но в текущих условиях они ослабляют бизнес. Невозможность дальнейшего снижения ставок связывается с тем, что предложение, особенно на рынке труда, уже близко к пределу.
Призыв Грефа поддержать бизнес прозвучал как предупреждение о том, что крупные и малые компании являются основой государства. Суть послания — если экономическое давление сохранится, баланс ухудшится ещё сильнее.
Картина форума показала пределы военной экономики
Четыре представленных на форуме экономических нарратива скорее противоречат друг другу, чем дополняют. Государство рассказывает историю роста, смягчающего убытки; финансовое управление готовится к сокращению расходов; частный сектор жалуется на финансовые и политические издержки инвестиций.
Это противоречие также выявило, как война перестраивает структуру российской экономики. Перенаправление ресурсов в военную промышленность и группы, выигрывающие от конфликта, сужает пространство для гражданского роста. Предлагаемые политические решения, представленные как лабораторные, не способны решить структурные проблемы без изменений в политическом и финансовом устройстве.
В итоге форум остался витриной, где мало что можно показать и всё меньше слов для обсуждения. Представленные послания застряли между поиском экономической нормализации и постоянными дисбалансами, вызванными войной.